На главную Статьи и законы
Юридические услуги в Москве

Расторжение договора в международном коммерческом праве

29 Июл 2010 10:01

Расторжение договора как санкция за неисполнение или ненадлежащее исполнение договорных обязательств предусмотрено во всех национальных правовых системах, в международно-правовых документах и широко применяется в международной коммерческой практике. Далее будут рассмотрены условия осуществления расторжения договора согласно положениям основных инструментов унификации международного коммерческого права: Венской конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров 1980 г. (Венская конвенция), Принципов международных коммерческих договоров, изданных Институтом унификации частного права (УНИДРУА) (Принципы УНИДРУА) и Принципов европейского договорного права, разработанных Комиссией по европейскому договорному праву (Принципы ЕДП).

Расторжение договора согласно Венской конвенции. Условия расторжения договора определены в ст. 49 и 64 Конвенции. Обе статьи предусматривают, что расторжение договора возможно в случаях, когда неисполнение договорных обязательств является "существенным нарушением договора".

Согласно ст. 25 Венской конвенции, нарушение договора, допущенное одной из сторон, является существенным, если оно влечет за собой такой вред для другой стороны, что последняя в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать на основании договора, за исключением случаев, когда нарушившая договор сторона не предвидела такого результата и разумное лицо, действующее в том же качестве при аналогичных обстоятельствах, не предвидело бы его.

Из приведенного определения можно выявить два основополагающих элемента "существенного нарушения": нанесение вреда потерпевшей стороне и невозможность для стороны, нарушившей договор, предвидения наступления такого вреда.

1. Нанесение существенного вреда. Для того чтобы нарушение было признано "существенным", необходимо, чтобы оно касалось существенных условий договора: поставки товара или уплаты цены, тем самым препятствуя достижению экономической цели, преследуемой сторонами. Иными словами, должно быть нарушено одно из основных обязательств по договору таким образом, чтобы исчезли один или несколько элементов, оказавших определяющее влияние на волю сторон при заключении договора, вследствие чего потерпевшая сторона не имела более никакого интереса к исполнению договора, поскольку нарушение существенно снижает значимость результата. При этом не имеет значения тот факт, что покупатель все же имеет возможность использовать несоответствующий товар или перепродать его с выгодой для себя, если товар не соответствует обычному назначению или назначению, оговоренному сторонами. Например, если подрядчик получает материалы, параметры которых не соответствуют в точности оговоренным условиям и поэтому не могут быть использованы для подрядных работ, он может заявить о существенном нарушении договора, даже если несоответствие товара не уменьшает его цену и не препятствует его перепродаже.

Квалификация нарушения в качестве существенного не связана со степенью вины стороны, допустившей такое нарушение, а лишь с последствиями этого нарушения, повлиявшими на достижение конечной цели договора. Легкая степень вины может повлечь за собой причинение такого вреда, что договор теряет всякий смысл для другой стороны. В то же время тяжелая степень вины может не повлечь никакого вреда, если, например, товар, не будучи упакованным или застрахованным, доставлен в целости и сохранности.

2. Предвидение вреда. Для того чтобы нарушение договора квалифицировалось как существенное, недостаточно того, чтобы оно причинило значительный ущерб кредитору. Необходимо также, чтобы ущерб был предвидимым для лица, допустившего нарушение или для любого другого разумного лица, находящегося в таком же положении. Следовательно, нарушение может быть признано существенным даже тогда, когда сторона, нарушившая договор, не предвидела последствий такого нарушения, если разумный коммерсант, действующий в той же коммерческой отрасли, в таких же обстоятельствах, мог бы предвидеть эти последствия. Решение о предвидимости вреда в каждом конкретном случае принимается судьей или арбитром.

Венская конвенция не определяет момент, на который должна производиться оценка предвидимости результатов нарушения: вред должен быть предвидимым в момент заключения договора или в момент его нарушения? Эта проблема обсуждалась на Венской конференции при принятии Конвенции, однако прийти к единому знаменателю не удалось. Мнения комментаторов Конвенции разделились: некоторые из них поддерживают первый вариант решения, другие - второй. На практике решение в каждом отдельном случае принимается судебной или арбитражной инстанцией, исходя из конкретных обстоятельств дела.

Другие условия расторжения договора установлены в зависимости от природы нарушенного обязательства. Так, ст. 49, п. 1 (b), предоставляет покупателю право заявить о расторжении договора в случае непоставки, если продавец не поставляет товар в течение дополнительного срока, установленного покупателем в соответствии с п. 1 ст. 47, или заявляет, что он не осуществит поставки в течение установленного таким образом срока.

С другой стороны, ст. 64, п. 2 (b), предусматривает, что продавец, в свою очередь, вправе заявить о расторжении договора, если покупатель не исполняет в течение дополнительного срока, установленного продавцом в соответствии с п. 1 ст. 63, своего обязательства уплатить цену или принять поставку товара или заявляет о том, что он не сделает этого в течение установленного таким образом срока.

Для применения вышеуказанных положений необходимо, чтобы кредитор нарушенного обязательства предоставил своему контрагенту, согласно ст. 47 или 63, дополнительный срок разумной продолжительности для исправления нарушения. Можно заметить, что эти положения относятся к существенным обязательствам по договору купли-продажи: поставка товара продавцом; принятие поставки и уплата цены покупателем. По смыслу названных положений недостаточно того, чтобы нарушение касалось одного из существенных договорных обязательств, необходимо, чтобы такое нарушение было квалифицировано как существенное. Действительно, непоставка товара не является обязательно существенным нарушением, например когда непоставка является лишь временной (просрочка поставки). Именно предоставление кредитором дополнительного срока для исполнения позволяет устранить неопределенность, связанную с квалификацией нарушения как существенного. Несоблюдение дополнительного срока для исполнения, предоставленного кредитором должнику, определяет существенный характер нарушения, поскольку такое бездействие должника не может быть расценено иначе как существенное нарушение договорных обязательств, которое оправдывает расторжение договора.

В то же время не подлежит никакому сомнению то, что, если из совокупности обязательств вытекает, что любая просрочка поставки является существенным нарушением договора (например, когда цена товара подвержена сильным колебаниям или когда идет речь о сезонных или скоропортящихся товарах), покупатель вправе расторгнуть договор на основании ст. 49, п. 1 (а), Конвенции (расторжение договора из-за существенного нарушения), не будучи обязанным предоставить продавцу дополнительный срок для исполнения. Так, в одном судебном деле (Апелляционная палата Милана, Италия, 20 марта 1998 г.) инстанция квалифицировала просрочку поставки товара как существенное нарушение договора, так как покупатель заказал партию футболок для летнего сезона, специально оговорив строгую необходимость поставки товара в установленный срок (см. также: решение Международного арбитражного суда МТП N 8786, январь 1997 г.). Другим примером является случай, когда стороны договорились, что товар будет поставлен к определенной дате, которая является датой отплытия судна, а товар прибывает на причал уже после отплытия.

Обычно расторжение договора как санкция за нарушение договорных обязательств применяется, когда нарушение уже имело место. Однако было бы нецелесообразным в случае, когда нет никаких сомнений, что нарушение будет допущено, ждать оговоренный в договоре момент поставки и связывать расторжение договора с наступлением этого момента. Гораздо более разумным было бы позволить кредитору освободиться от договора, если становится ясно, что он не получит ожидаемой выгоды от него, и предоставить возможность найти другого покупателя, если речь идет о продавце, или другого поставщика в случае покупателя. Предоставление кредитору права расторгнуть договор, как только становится очевидным, что нарушение неизбежно, позволяет избежать увеличения потерь, которые в конечном итоге несут обе стороны. Это расторжение договора за так называемое досрочное нарушение (anticipatory breach - англ.) - понятие, заимствованное из англосаксонского права, которое демонстрирует нежелание или явную неспособность должника исполнить договор.

Так, ст. 72 Венской конвенции предоставляет каждой из сторон право расторгнуть договор, "если до установленной для исполнения договора даты становится ясно, что одна из сторон совершит существенное нарушение договора". Из приведенных положений вытекает, что досрочное расторжение договора подчинено совокупности двух условий. Во-первых, нарушение договора в будущем должно быть существенным. Во-вторых, должен быть очевидным тот факт, что должник не исполнит обязательство либо потому, что он сам заявляет об этом, либо потому, что существуют объективные признаки, которые демонстрируют однозначно его неспособность выполнить взятые обязательства (например, вследствие банкротства). Однако если существуют малейшие сомнения на этот счет, кредитор может лишь приостановить исполнение собственных обязательств до тех пор, пока не станет ясно, что нарушение будет совершено.

Расторжение договора в принципе может быть лишь полным, даже если нарушение, которое дает право на расторжение, лишь частичное. Тем не менее Венская конвенция делает исключение из этого общего правила в случаях: когда поставщик осуществил лишь частичную поставку и когда поставка лишь частично соответствует договорным условиям. В этих двух случаях, при определенных обстоятельствах, может иметь место частичное расторжение договора.

Статья 73, п. 1, Конвенции предусматривает, что, в случае когда договор предусматривает поставку товара отдельными партиями, неисполнение одной из сторон каких-либо из ее обязательств в отношении любой партии составляет существенное нарушение договора в отношении этой партии, другая сторона может заявить о расторжении договора в отношении этой партии. Данное правило проиллюстрировано в Комментариях секретариата ЮНСИТРАЛ следующим примером. Договор предусматривает поставку тысячи тонн зерна десятью партиями по сто тонн каждая. В то время как четыре партии соответствуют договорным условиям, пятая не соответствует требованиям о качестве. Статья 73, п. 1, Конвенции предоставляет покупателю право заявить о расторжении договора в том, что касается пятой партии. В результате этого договор будет фактически изменен, и его предметом станет поставка 90 т зерна по пропорционально уменьшенной цене.

Это правило действует также в случае, если покупатель не исполнил своих обязательств в отношении данной поставки: если он не уплатил цену одной партии товара, продавец может заявить о частичном расторжении договора и отказать в поставке соответствующей партии товара, если он сохранил ее у себя, или в противном случае требовать ее возврата.

Однако частичное расторжение договора не всегда может быть адекватным средством защиты интересов кредитора. Во-первых, у кредитора могут быть обоснованные опасения, что допущенное нарушение может повториться в будущем. Во-вторых, из-за допущенного нарушения кредитор может вообще потерять интерес к данному договору. Эти две ситуации стали предметом внимания п. 2 и 3 ст. 73 Венской конвенции.

Согласно п. 2 ст. 73, если неисполнение одной стороной какого-либо из ее обязательств в отношении любой партии дает другой стороне оправданные основания считать, что существенное нарушение договора будет иметь место в отношении будущих партий, она может заявить о расторжении договора на будущее, при условии что она сделает это в разумный срок. Так, при разрешении одного спора суд постановил, что окончательная непоставка товара, являющегося предметом первой партии по договору купли-продажи, предусматривающего поставку товара несколькими партиями, дает основания покупателю полагать, что поставки следующих партий также не будут выполнены, и, следовательно, он вправе ожидать существенного нарушения договора (решение N 214, Hadelsgericht des Kantons, Цюрих, Швейцария, 5 февраля 1997 г.).

Пункт 3 ст. 73 дает право покупателю, который заявляет о расторжении договора в отношении какой-либо партии товара, "одновременно заявить о его расторжении в отношении уже поставленных или подлежащих поставке партий товара, если по причине их взаимосвязи они не могут быть использованы для цели, предполагавшейся сторонами в момент заключения договора". Действительно, договор, даже если его предметом являются отдельные партии товара, составляет единое целое. Следовательно, если неисполнение части договора препятствует достижению экономической цели, которая преследовалась при заключении договора, потерпевшая сторона вправе расторгнуть договор в целом.

Возможность частичного расторжения договора предусмотрена также в ст. 51, п. 1, Венской конвенции, где говорится, что, если продавец поставляет только часть товара или если только часть поставленного товара соответствует договору, покупатель вправе расторгнуть договор в соответствии со ст. 49 (рассмотренной выше) в отношении недостающей части или части, не соответствующей договору. В качестве примера можно привести договор о поставке 1000 компьютеров, из которых 980 соответствуют договорным условиям, а 20 - не отвечают требованиям по качеству. Договорные условия о платежах, об использовании или о перепродаже товара, а также о других факторах, которые относятся к потребностям покупателя, не дают оснований рассматривать поставку 1000 компьютеров как единое целое. Поэтому несоответствие 20 компьютеров договорным условиям не является существенным нарушением договора в целом. В этих условиях покупатель вправе расторгнуть договор лишь в отношении 20 компьютеров. Несомненно, однако, то, что если бы, напротив, 980 компьютеров были бы не соответствующими требованиям договора, такое нарушение расценивалось бы как существенное и давало бы право на расторжение договора в целом. В этом отношении ст. 51, п. 2, Конвенции устанавливает, что покупатель может заявить о расторжении договора в целом только в том случае, если частичное неисполнение или частичное несоответствие товара договору составляют существенное нарушение договора.

В качестве общего замечания в отношении Венской конвенции необходимо отметить, что для осуществления расторжения договора, как и для осуществления других средств защиты в случаях нарушения договора, не требуется наличия вины стороны, допустившей нарушение.

В заключение отметим, что Принципы УНИДРУА и Принципы ЕДП, так же как и Венская конвенция, не требуют наличия вины стороны, нарушившей договор, для осуществления расторжения договора.



©2008 mosuruslugi.ru
mosuruslugi@gmail.com
О сайте · Контактная информация · Размещение рекламы · Ограничение ответственности